Бруксизм у взрослых и детей: почему 1 из 4 пациентов скрежещет зубами и как это остановить до перелома импланта

Бруксизм — это парафункциональная активность жевательных мышц, при которой человек неосознанно сжимает или скрежещет зубами вне процесса еды и разговора. Различают ночной бруксизм (во сне) и дневной, или кленчинг (сжатие зубов в состоянии стресса без скрежета) — эти формы требуют разных диагностических подходов.

Проблема в том, что до 80% пациентов не подозревают о наличии у себя бруксизма, пока стоматолог не покажет им фасетки стирания на зубах. По данным глобального систематического обзора 2024 года, распространённость ночного бруксизма выше всего в Северной Америке (31%), тогда как в Европе показатель составляет около 21%. Такая усреднённая картина по открытым источникам в нише стоматологии, полученная через анализ агрегированных данных, подтверждает: почти каждый четвёртый пациент в кресле — потенциальный кандидат на протокол диагностики бруксизма.

При бруксизме жевательная нагрузка возрастает с нормальных 10–15 кг/см² до 40–100 кг/см² и выше, что многократно превышает адаптационный порог твёрдых тканей зуба. Последствия накапливаются годами и часто становятся заметны только на этапе осложнений.

Бруксизм — мультифакторное состояние, изучением которого занимаются одновременно стоматологи, неврологи, психологи и сомнологи. Современная концепция рассматривает его не как чисто механическую проблему прикуса, а как централизованно регулируемое состояние нервной системы.

Интересно, что часть исследователей рассматривает бруксизм не только как патологию, но и как защитный механизм — например, способ поддержания проходимости дыхательных путей во сне у отдельных пациентов. Это объясняет, почему тактика «лечить любой бруксизм агрессивно» сегодня считается устаревшей: лечение показано только тогда, когда есть реальные последствия для зубов, суставов или качества сна.

Первичная диагностика бруксизма строится на комбинации жалоб пациента, наблюдений близких и клинического осмотра — и именно стоматолог чаще всего первым замечает признаки, о которых сам пациент не знает.

На приёме важно провести пальпацию жевательных мышц по группам, оценить амплитуду открывания рта (норма — 40–55 мм) и осмотреть зубные ряды на предмет стираемости и клиновидных дефектов. Эти шаги входят в общий алгоритм гнатологической диагностики, подробно разобранный в статье о окклюзии в стоматологии, с которой у темы бруксизма прямая клиническая связь.

Клинический осмотр даёт основания для подозрения, но объективное подтверждение бруксизма требует инструментальных методов.

Брукс-чекеры — это индивидуальные диагностические каппы с цветным покрытием, которые пациент носит во время сна: по стёртым участкам покрытия врач видит зоны перегрузки и характер окклюзионных контактов. Метод простой, недорогой и не требует направления к другим специалистам — хороший первый шаг перед более сложной диагностикой.

Электромиография регистрирует биоэлектрическую активность жевательных мышц и позволяет объективно оценить мышечный дисбаланс, гиперактивность при бруксизме и эффективность уже назначенной сплинт-терапии. Ночной ЭМГ-мониторинг (bruxism monitoring) особенно ценен при выраженной гипертрофии жевательных мышц или неясной клинической картине.

При подозрении на сопутствующую патологию ВНЧС показаны КЛКТ лицевого скелета (оценка костных структур сустава) и МРТ ВНЧС — «золотой стандарт» для оценки положения суставного диска. Подробный алгоритм чтения снимков разобран в статье про рентгенодиагностику в стоматологии.

Полисомнография — самый точный, но самый ресурсоёмкий метод: по данным систематических обзоров, при использовании этого метода распространённость ночного бруксизма достигает 43%, что почти вдвое выше показателей, основанных только на опросниках. Метод целесообразен при сопутствующих нарушениях сна, включая подозрение на апноэ.

Современная стратегия лечения бруксизма строится на принципе «лечим не сам бруксизм, а его последствия», поскольку сам феномен часто не требует полного устранения. Работа стоматолога делится на три последовательных этапа.

Основной инструмент первой линии — окклюзионная шина (сплинт), съёмная конструкция из акрила или термопласта, которую пациент носит преимущественно ночью. Она распределяет нагрузку, защищает эмаль и реставрации от истирания и снижает нагрузку на ВНЧС. Полный протокол выбора и изготовления шины разобран в статье «Сплинт-терапия в стоматологии» — рекомендуем читать её в связке с этим материалом.

Если гиперактивность жевательных мышц выраженная, к шине добавляют физиотерапию, миорелаксацию и, при показаниях, инъекции ботулотоксина в жевательные мышцы для снижения частоты эпизодов бруксизма. Важно отметить: необратимая коррекция окклюзии («сошлифовывание» зубов) не имеет доказательной базы как самостоятельный метод лечения бруксизма и не должна применяться изолированно.

Поскольку стресс и тревожность — одна из ведущих причин, при выраженной психоэмоциональной этиологии показана совместная работа с психотерапевтом, техники биофидбэка (biofeedback) и улучшение гигиены сна. Средняя продолжительность стабилизации симптомов при комплексном подходе — от 3 до 12 месяцев, в зависимости от тяжести дисфункции.

У детей раннего возраста бруксизм в большинстве случаев проходит самостоятельно по мере формирования постоянного прикуса, и агрессивное лечение не показано. Наблюдение — базовая тактика, но врач обязан исключить связанные состояния: нарушения носового дыхания, увеличенные аденоиды, СДВГ и высокий уровень тревожности у ребёнка.

Пациентка 34 лет обратилась с жалобой на утренние головные боли и сколы керамической коронки на 26-м зубе за последние 8 месяцев. При осмотре выявлены выраженные фасетки стирания и гипертрофия жевательных мышц. ЭМГ-мониторинг подтвердил повышенную ночную активность жевательных мышц, а сбор анамнеза выявил хронический рабочий стресс.

Назначена стабилизационная окклюзионная шина, курс физиотерапии и рекомендация консультации психотерапевта. Через 4 месяца контрольный осмотр показал отсутствие новых сколов и снижение частоты головных болей — типичный сценарий для мультидисциплинарного подхода при бруксизме психоэмоциональной этиологии. По усреднённому контексту материалов ниши и личному опыту авторов портала, такие сроки стабилизации соответствуют средним показателям при своевременно начатом лечении.

Полностью «вылечить» бруксизм как феномен не всегда возможно и не всегда нужно — задача врача заключается в устранении его последствий и снижении интенсивности эпизодов, а не в стопроцентном исчезновении самого явления.

Индивидуальная капа должна использоваться не менее 10 часов в сутки, преимущественно во время ночного сна, для эффективной защиты зубов от контакта и снижения мышечного напряжения.

У большинства детей раннего возраста бруксизм действительно регрессирует самостоятельно по мере роста челюстей и смены прикуса, но требует наблюдения врача для исключения сопутствующих факторов

Инъекции ботулотоксина в жевательные мышцы показывают снижение частоты эпизодов бруксизма по данным клинических наблюдений, однако метод применяется как часть комплексной терапии, а не как самостоятельное решение.

Да, бруксизм требует обязательной коррекции до и после установки имплантов — без ночной капы и контроля нагрузки риск периимплантита и поломки конструкций значительно возрастает.

Дневной бруксизм (кленчинг) проявляется сжатием зубов без скрежета и часто остаётся незамеченным пациентом — его выявляют по пальпации напряжённых жевательных мышц и характерным фасеткам на буграх зубов при осмотре

Если вы заметили у пациента признаки бруксизма — начните с брукс-чекера как самого доступного инструмента первичной объективизации, а при выраженной клинике сразу переходите к изготовлению стабилизационной шины по протоколу, описанному в статье о сплинт-терапии.